Умные города: как Узбекистан и Азербайджан переосмысляют урбанизацию

Ещё несколько лет назад концепция «умного города» воспринималась преимущественно как футуристическая идея, ассоциируемая с цифровыми панелями управления, беспилотным транспортом, повсеместным внедрением датчиков и автоматизированных городских сервисов.

Сегодня «умный город» носит прикладной характер и рассматривается как практический инструмент решения актуальных урбанистических проблем. Это характерно для всех стран, сталкивающихся с ускоренным ростом населения, усилением миграционных потоков в крупные мегаполисы, перегрузкой инфраструктуры и нарастающими климатическими рисками.

В этих условиях «умные» технологии перестают быть самоцелью и трансформируются в механизм повышения устойчивости и эффективности ключевых городских систем – транспорта, энергетики, жилищно-коммунального хозяйства, управления отходами и экологического мониторинга. Это позволяет городам более гибко адаптироваться к новым вызовам, снижать нагрузку на инфраструктуру и повышать качество городской среды.

Одновременно строительство «умного города» приобретает стратегическое экономическое значение, формируя долгосрочные драйверы роста. Такие проекты привлекают значительные объёмы инвестиций, поскольку объединяют цифровую инфраструктуру, инновационные сервисы и принципы устойчивого развития.

Развитие «умных» территорий способствует созданию новых рабочих мест в высокотехнологичных секторах — от информационных технологий и телекоммуникаций до инженерии и анализа городских данных. Также осуществляется модернизация городской инфраструктуры, что повышает эффективность управления ресурсами и общий уровень жизни населения.

Именно поэтому заслуживает особого внимания видение Узбекистана и Азербайджана в этом направлении. Два государства не просто следуют глобальному тренду, а создают собственную модель «умной» урбанизации, где технологии служат человеку и помогают строить комфортное и устойчивое будущее.

В этом контексте особенно показателен пример Узбекистана, где вопрос урбанизации становится всё более актуальным на фоне устойчивого демографического роста. Население страны ежегодно увеличивается примерно на 1,8–2%, что создаёт дополнительную нагрузку на транспортную систему, жилищный фонд, коммунальную инфраструктуру и социальные услуги.

В этих условиях государство делает ставку не на точечную модернизацию существующей городской среды, а на формирование новых центров роста. Принятая в 2019 году концепция «Умный город», а впоследствии стратегия «Цифровой Узбекистан – 2030» заложили институциональную основу для системной цифровой трансформации городской инфраструктуры и сервисов.

Практическим результатом реализации этих стратегических ориентиров стал проект «Новый Ташкент». Его значение выходит далеко за рамки традиционного градостроительного проекта.

Фактически речь идёт о создании нового экономического, административного и инвестиционного центра, призванного перераспределить нагрузку на действующую столицу и одновременно сформировать принципиально новую модель городской организации, основанную на принципах «умного города» и устойчивого развития.

Концепция «15-минутного города», развитие зелёной инфраструктуры, цифровое управление, приоритет общественного транспорта и принципы энергоэффективности в данном случае выступают не отдельными элементами, а составными частями более широкой стратегии пространственного расширения экономики и повышения качества городской среды.

«Новый Ташкент» в этом контексте становится наглядным примером того, как государство использует процессы урбанизации не только для решения текущих инфраструктурных проблем, но и для формирования новых точек экономического роста, способных перераспределять деловую активность и задавать долгосрочную траекторию развития городской агломерации.

Именно поэтому проект имеет выраженный международный характер. В его реализации участвуют сингапурская «Meinhardt Group», британские «Foster + Partners» и Cross Works, нидерландское бюро OMA, японская «Sojitz Corporation», южнокорейская «Incheon International Airport Corporation» и другие партнёры. Это демонстрирует стремление Узбекистана интегрировать глобальную экспертизу в национальную модель развития.

В свою очередь, Азербайджан выбрал иной подход к развитию «умных» городских пространств. В отличие от модели нового строительства с нуля, здесь акцент сделан на восстановлении и комплексной модернизации недавно возвращённых территорий с одновременным внедрением современных градостроительных решений и технологий Smart City.

Такой подход предполагает не только физическое восстановление инфраструктуры, но и её переосмысление на основе цифровых технологий, устойчивого планирования и «зелёных» стандартов.

После воссоединения Карабаха и Восточного Зангезура с Азербайджаном перед страной встала не только задача восстановления разрушенных территорий, но и необходимость их социально-экономической реинтеграции в общенациональное пространство развития. В этом контексте для Азербайджана концепции Smart City и Smart Village приобрели особое стратегическое значение, выступая основой для формирования современной модели территориального планирования и управления.

В данном подходе технологии выходят за рамки исключительно модернизационной функции и становятся инструментом комплексного развития территорий. Они способствуют ускоренному восстановлению жизнедеятельности, формированию условий для возвращения населения, запуску экономической активности и выстраиванию более эффективной системы управления пространственным развитием.

Наиболее показательным примером является Агалы – первое «умное село» Азербайджана. Проект демонстрирует, как цифровая инфраструктура, возобновляемая энергетика, smart agriculture и современные государственные сервисы становятся частью новой модели постконфликтного восстановления. 

Её площадь составляет около 119 га и включает более 200 современных экологичных домов, оснащённых элементами «умных» систем, а также объекты социальной и общественной инфраструктуры – школу, детский сад, медицинский центр, центры ASAN xidmət и DOST, а также объекты малого бизнеса и административные здания.

Аналогичная логика пространственного развития прослеживается и в других населённых пунктах – Физули, Агдаме, Шуше, Ходжалы и ряде других, где формируется новая инфраструктурная модель, основанная на принципах экологической устойчивости, транспортной доступности и цифрового управления городскими и сельскими сервисами.

При этом Азербайджан, как и Узбекистан, активно опирается на международное сотрудничество как на важный ресурс модернизации. В реализации цифровых решений участвует Huawei, аналитическую и консультационную поддержку оказывает World Bank, а Япония развивает взаимодействие в сфере smart-инфраструктуры и «зелёной» энергетики, способствуя внедрению передовых технологических практик.

Узбекистан формирует новую городскую среду с нуля, тогда как Азербайджан развивает её поверх сложной исторической и территориальной трансформации. На первый взгляд — разные отправные точки, однако именно это делает сходство их подходов особенно показательным. В обоих случаях цифровая инфраструктура не рассматривается как надстройка над городом, а изначально закладывается в его основу, определяя логику дальнейшего развития.

При этом ни одна из стран не следует модели прямого копирования готовых решений – кейсы Сингапура, Дубая и Катара изучаются, но не воспроизводятся. Вместо этого формируются собственные архитектуры развития, адаптированные к демографическим, географическим, историческим и социальным условиям. В этом проявляется не ограниченность выбора, а зрелость стратегического подхода.

На фоне ускоряющейся урбанизации в Центральной Азии и на Южном Кавказе опыт Узбекистана и Азербайджана приобретает значение своеобразной «лаборатории» новых моделей развития. Их стратегии различаются по инструментам и акцентам, но объединены общей целью – формированием городов нового поколения, которые сочетают технологичность, устойчивость, адаптивность и человекоцентричный подход.