Узбекистан и Азербайджан: как превратить политическое сближение в экономический рост

За последние годы Узбекистан и Азербайджан прошли путь от стратегического партнёрства к полноценному союзническому формату. Сегодня в их взаимодействии отчётливо просматриваются два измерения. С одной стороны, полноценно сформирована институциональная основа сотрудничества, с другой – только начинает набирать темп экономическая динамика взаимодействия. Соотношение между развитием политико-дипломатических механизмов и практическим наполнением экономического сотрудничества, на наш взгляд, и будет определять содержание следующего этапа узбекско-азербайджанских отношений.

Институциональная архитектура

Выстроенная Ташкентом и Баку архитектура двусторонних связей во многом основана на принципе нисходящей координации, при которой повестка определяется на уровне глав государств, а её исполнение обеспечивают межправительственные, ведомственные и деловые механизмы. Именно Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев и Президент Азербайджана Ильхам Алиев задают ключевые векторы сотрудничества и его темп, а также заметно сокращают сроки согласования отдельных решений.

Благодаря этому постепенно сформировалась разветвлённая система механизмов взаимодействия. В 2023 году учреждён Высший межгосударственный совет, первое заседание которого состоялось в 2024 году. Тогда же был подписан Договор о союзнических отношениях. В июле 2026 года в Ташкенте состоялось 15-е заседание Межправительственной комиссии. С 2020 года работает Узбекско-азербайджанский деловой совет, проведены три Форума регионов, побратимские отношения установлены между одиннадцатью городами. Только за последние три года состоялось более двадцати межпарламентских контактов высокого уровня, а в 2025 году в Хиве организован первый межпарламентский форум.

Такая насыщенность двусторонних контактов обычно характерна для соседних стран либо государств с существенно более высоким уровнем взаимной торговли. Для Узбекистана и Азербайджана, разделённых Каспием и пока имеющих сравнительно небольшой товарооборот, достигнутая степень институционализации выглядит особенно значимой.

Практический эффект заключается в снижении политических и административных барьеров, сокращении сроков согласования решений и упрощении условий выхода бизнеса на рынок партнёра. Однако сама по себе институциональная база не формирует товарные потоки и инвестиционный спрос. Она создает благоприятные условия для деловой активности, но не заменяет экономические стимулы, от которых зависит дальнейшая динамика сотрудничества.

Поэтому следующий этап, вероятно, будет определяться уже не столько дальнейшим расширением числа существующих форматов, сколько их способностью трансформировать достигнутый уровень политических связей в конкретные экономические результаты.

Экономическое измерение: масштаб в сопоставлении

 Политический диалог между странами пока заметно опережает реальные экономические показатели, что наглядно подтверждается статистикой. По итогам 2025 года взаимная торговля составила 307 миллионов долларов, увеличившись примерно на 15%. Узбекский экспорт вырос на 8% и достиг 227 миллионов долларов, импорт из Азербайджана – на 39%, до 80 миллионов долларов. Номенклатура узбекского экспорта расширилась на 116 позиций.

Однако эти цифры приобретают иной смысл при сопоставлении с общим внешнеторговым оборотом Узбекистана, который в 2025 году превысил 81 миллиард долларов[1]. Доля Азербайджана в нем составила менее 0,4%. 
Данный показатель не следует интерпретировать как оценку качества двусторонних отношений. Скорее, он показывает, насколько сложно перевести политическое сближение в масштабные экономические связи. Это объясняется рядом объективных структурных ограничений. 

К ним относятся отсутствие общей границы и необходимость мультимодальных перевозок через Каспий, частичное совпадение экспортных товаров (текстиль, плодоовощная продукция, отдельные позиции химпрома), а также схожая модель диверсификации экономических связей, при которой стороны чаще конкурируют на третьих рынках, чем дополняют друг друга.

Отсюда следует вполне практический вывод. Простое наращивание традиционной торговли с высокой вероятностью не позволит выйти на обозначенный главами двух стран ориентир в 1 миллиард долларов[2]. Рост придётся искать через инвестиции и промышленную кооперацию, где торговые потоки формируются за счёт совместных производственных цепочек.

Обе страны понимают важность налаживания такой системной работы. Поэтому в последние годы центр тяжести повестки заметно сместился с торговли на инвестиции. Созданная в 2023 году Азербайджано-Узбекская инвестиционная компания (АУИК) с уставным капиталом в 500 миллионов долларов, по данным Министерства инвестиций, промышленности и торговли Узбекистана, уже участвует в 15 проектах примерно на 360 миллионов долларов[3]. При этом общий портфель значительно шире и включает более 20 проектов на сумму около 6 миллиардов долларов и ещё 25 почти на 1,5 миллиарда долларов находятся в стадии подготовки[4].

Насколько инвестиционное взаимодействие выходит за рамки заявленных намерений, лучше всего показывает практика конкретных производственных площадок. Наиболее заметным примером является совместное автосборочное производство компаний «Узавтосаноат» и «Азермаш» в Гаджигабульском промышленном парке, где уже выпущено более 11 тыс. автомобилей Chevrolet и автобусов Isuzu[5]. В настоящее время проект переходит к следующему этапу – созданию предприятия полного цикла с объемом инвестиций свыше 84 миллионов долларов. Параллельно развиваются текстильный и шелководческий кластеры, агропромышленные и логистические проекты.

Значение подобных инициатив определяется не только объёмом выпуска. Их главное преимущество заключается в формировании устойчивых производственных связей между двумя странами.

Совместное производство создаёт стабильный спрос на взаимные поставки комплектующих, сырья и оборудования, что фактически встраивает двустороннюю торговлю в единую производственную цепочку. 

Такие связи, как правило, менее чувствительны к колебаниям конъюнктуры, поскольку опираются не на разовые сделки, а на долгосрочные потребности производства. Не менее важно и другое. Локализация производства в Азербайджане при соблюдении соответствующих правил происхождения потенциально позволяет получить доступ к рынкам третьих стран, с которыми Баку имеет преференциальные торговые режимы. 

В этом смысле совместные предприятия могут рассматриваться не только как инструмент освоения национальных рынков, но и как возможная площадка для совместного продвижения продукции за пределы Узбекистана и Азербайджана. Вместе с тем такой эффект не возникает автоматически и требует отдельной проработки торговых, таможенных и юридических механизмов.

Что влияет на дальнейший рост?

Сформированная институциональная архитектура и результаты экономического взаимодействия создают заметный потенциал для дальнейшего расширения сотрудничества. Однако его реализация будет зависеть от способности сторон преодолевать ряд структурных ограничений. 

Прежде всего речь идёт об уже упомянутой конкуренции схожей продукции на третьих рынках, волатильности каспийской логистики, связанной с состоянием паромного флота и сезонностью перевозок. Дополнительным ограничителем выступают сложности с проведением прямых платежей между банками двух стран и страхованием грузов, что увеличивает стоимость и сроки внешнеторговых операций.

На этом фоне возникает закономерный вопрос, что могло бы ускорить динамику сотрудничества?

Одним из наиболее практичных шагов может стать взаимное признание сертификатов и результатов лабораторных испытаний, прежде всего для аграрной продукции, которое позволило бы сократить время и затраты при выходе товаров на рынок партнёра.

В финансовой сфере имеет смысл расширение корреспондентских отношений банков и расчётов в национальных валютах за счёт прямых платежей между ними и удобных механизмов конвертации валют. Это позволит сократить зависимость от посредников, сделать расчёты по торговым и инвестиционным операциям более предсказуемыми.

Отдельного внимания заслуживает транспортная составляющая. Расширение пропускных возможностей каспийских маршрутов, синхронизация тарифов и графиков перевозок, а также развитие цифрового сопровождения грузов будут способствовать снижению издержек бизнеса.

Таким образом, узбекско-азербайджанские отношения подошли к моменту, когда накопленный за последние годы политический капитал постепенно получает экономическое и практическое наполнение. В этом смысле можно с уверенностью сказать, что странам удалось сформировать прочную основу для перехода к новым направлениям и более глубоким формам развития союзнических отношений.

Миразиз Мирумаров, ведущий научный сотрудник 
Института стратегических и межрегиональных исследований 
при Президенте Республики Узбекистан

Ирода Имамова, ведущий научный сотрудник 
Института стратегических и межрегиональных исследований 
при Президенте Республики Узбекистан