Акрамжон Неъматов: Центральная Азия все отчетливее проявляет себя как самостоятельный центр формирования экономической и технологической повестки

Первый заместитель директора Института стратегических и межрегиональных исследований при главе нашего государства (ИСМИ) Акрамжон Неъматов прокомментировал итоги Консультативной встреча глав государств Центральной Азии и Азербайджана, состоявшейся 8 октября в национальной туристической зоне «Аваза» в Туркменистане.

- Восьмая Консультативная встреча глав государств Центральной Азии и Азербайджана, состоявшаяся 8 октября в Авазе, зафиксировала фундаментальный сдвиг в развитии регионального сотрудничества. По существу, регион вступает в новый этап – от дипломатии доверия к экономике взаимосвязанности, от решения накопленных вопросов к совместному проектированию будущего. Сформированное за последние годы политическое доверие становится ресурсом практического развития, основой для совместных производств, инфраструктурных и энергетических проектов, технологической кооперации и формирования новых цепочек добавленной стоимости.

Полноправное участие Азербайджана существенно расширяет географию и возможности этого взаимодействия, укрепляя связи Центральной Азии с Каспием и Южным Кавказом. 

Иными словами, меняется само качество регионализма. Центральная Азия все отчетливее проявляет себя не только как пространство добрососедства и политического диалога, но и как самостоятельный центр формирования экономической и технологической повестки. 

Такой сдвиг особенно значим в условиях глубокой трансформации мировой системы. Геополитическая напряженность меняет привычную географию торговли, транспорта и энергетики, перестраивает цепочки поставок и повышает ценность надежных связей. Технологическая революция превращает данные, вычислительные мощности и компетенции в новый стратегический ресурс, тогда как климатические изменения все сильнее затрагивают воду, продовольствие, энергетику и инфраструктуру.

Как отметил Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, «мир быстро меняется, растёт напряжённость, перестраиваются торговые и транспортные связи, появляются новые риски». В этих условиях более тесное согласование действий стран региона становится объективно востребованным прежде всего в тех сферах, где их интересы и возможности уже тесно взаимосвязаны.

Именно поэтому значение встречи в Авазе определяется не столько количеством прозвучавших предложений, сколько тем, что в выступлениях всех шести лидеров еще более отчетливо проявилась общая направленность региональной повестки. 

Это позволяет говорить о важном качественном изменении: страны Центральной Азии уже обладают собственной повесткой, сами определяют приоритеты сотрудничества и предлагают механизмы их реализации. Именно в этом все отчетливее проявляется региональная субъектность.

При этом формирующаяся модель сотрудничества остается открытой внешнему миру, гибкой по форме и основанной на самостоятельном определении региональных приоритетов. Ее философию Президент Узбекистана выразил предельно ясно: «Нам нужен гибкий и понятный формат, в котором сильные, суверенные и независимые государства сотрудничают на основе взаимного уважения, доверия и прагматизма».

Укрепление внутренней связанности при таком подходе расширяет возможности внешнего взаимодействия. Центральная Азия сегодня все отчетливее выступает не периферией крупных геоэкономических процессов, а самостоятельным узлом, соединяющим Восточную Азию, Каспий, Южный Кавказ, Европу, Южную Азию и другие пространства.

Характерно, что дальнейшее развитие Консультативных встреч лидеры связывают прежде всего с результативностью и качеством исполнения достигнутых договоренностей. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев высказался за сохранение формата как площадки прямого диалога и предложил провести инвентаризацию ранее выдвинутых региональных инициатив. Президент Узбекистана обозначил близкую по смыслу установку: «Количество документов само по себе ничего не решает. Гораздо важнее, чтобы уже принятые решения выполнялись и давали тот результат, ради которого мы их принимаем».

Тем самым следующий этап сотрудничества закономерно связан с укреплением механизмов исполнения, координации профильных ведомств и последовательной реализацией договоренностей при сохранении гибкого и доверительного характера самого формата. Иными словами, речь идет о такой институционализации, которая не усложняет взаимодействие, а делает его более результативным. 

Особенно отчетливо совпадение интересов проявилось в экономике. Казахстан предложил увеличить объем внутрирегиональной торговли и связать торгово-логистические комплексы и центры промышленной кооперации в региональные цепочки добавленной стоимости. Кыргызстан сделал акцент на конкретных проектах в агропереработке, легкой промышленности, производстве строительных материалов и логистике. Таджикистан уделил внимание совместным предприятиям, промышленным комплексам и производственно-экспортным проектам. Азербайджан предложил активнее использовать существующие совместные инвестиционные фонды для создания новых производств и выхода на внешние рынки. Туркменистан также отнес промышленную, инвестиционную, транспортную и энергетическую кооперацию к числу центральных направлений взаимодействия.

На этом фоне предложенная Президентом Узбекистана формула «шесть экономик, один продукт» органично развивает общую тенденцию. Ее смысл состоит в том, чтобы дополнять взаимную торговлю более глубокой производственной кооперацией, когда ресурсы, технологии, капитал, промышленные мощности, компетенции и логистика нескольких государств участвуют в создании конечной продукции.

Именно здесь проявляется еще один фундаментальный сдвиг. Регион постепенно выходит за рамки преимущественно транзитной и сырьевой функции и демонстрирует готовность становиться важным звеном глобальных производственных цепочек добавленной стоимости. Это укрепляет устойчивость национальных экономик, расширяет рынки для бизнеса и придает экономической взаимосвязанности более прочный характер.

Предложенные Узбекистаном Бизнес-форум Центральной Азии и Азербайджана в Хиве и Платформа финансово-технического сопровождения совместных инвестиционных проектов придают этой логике практическое продолжение. Их значение состоит в том, что политическая установка на промышленную кооперацию получает необходимые инструменты проектной подготовки, экспертизы, финансового структурирования и сопровождения. Тем самым инициативы Узбекистана развивают уже обозначенные партнерами задачи и создают условия для их последовательного перевода в инвестиционные и производственные проекты.

Схожая взаимодополняемость просматривается в транспортной сфере. Кыргызстан связывает дальнейшие перспективы с железной дорогой Китай, Кыргызстан, Узбекистан и предлагает оценивать эффективность транспортных проектов по стоимости доставки и времени в пути. Казахстан наращивает возможности Среднего коридора и маршрута Север, Юг. Азербайджан последовательно развивает каспийское звено и Транскаспийский маршрут. Таджикистан акцентирует мультимодальные перевозки, устранение административных барьеров и цифровизацию процедур. Туркменистан развивает связи по направлениям Восток, Запад и Север, Юг.

В этом контексте предложение Президента Узбекистана ускорить создание Совета по инфраструктурному развитию логично продолжает общую линию на сопряжение транспортных проектов. Такой механизм способен обеспечить согласованность развития автомобильных и железных дорог, портов, пограничной инфраструктуры и логистических центров, превращая отдельные национальные маршруты в элементы более связной региональной сети.

При этом транспортная связанность рассматривается значительно шире простого перемещения грузов. Развитие коридоров создает возможности для появления вдоль них новых производств, индустриальных зон, логистических комплексов и сервисных объектов. В результате инфраструктура становится одновременно фактором пространственного развития и создания добавленной стоимости.

Такая логика позволяет по-новому оценивать место Центральной Азии в формирующейся евразийской системе коммуникаций. Железная дорога Китай, Кыргызстан, Узбекистан, инфраструктура Казахстана и Туркменистана, каспийские мощности Азербайджана, а также мультимодальные возможности Таджикистана постепенно формируют более широкую сеть межрегиональной связанности.

Центральная Азия тем самым приобретает потенциал одной из несущих конструкций архитектуры взаимосвязанности, соединяя различные рынки и направления и одновременно усиливая собственный производственный и логистический потенциал. 

Схожая тенденция проявляется в энергетике. Таджикистан предложил сформировать перечень приоритетных энергетических проектов и определить механизмы их совместного финансирования, а также разработать региональную стратегию зеленого перехода. Азербайджан, Казахстан и Узбекистан уже ведут работу над созданием зеленого энергетического коридора через Каспий. Туркменистан также рассматривает энергетику как одно из ключевых направлений расширенного сотрудничества.

Предложенная Шавкатом Мирзиёевым Совместная концепция низкоуглеродного энергетического потенциала развивает эту общую линию, переводя ее на уровень системного планирования. Она позволяет рассматривать новые генерирующие мощности, накопители энергии и энергетические коридоры с учетом взаимодополняемости углеводородов, гидроэнергетики, солнечной и ветровой генерации. В результате национальные энергетические преимущества могут все более последовательно складываться в устойчивую региональную систему.

Не менее важные точки соприкосновения формируются в цифровой сфере. Азербайджан развивает Digital Silk Way и транскаспийскую оптоволоконную инфраструктуру. Казахстан предложил сотрудничество в области искусственного интеллекта и подходы к его ответственному использованию. Таджикистан создает в Душанбе Региональный центр искусственного интеллекта. Кыргызстан продвигает единую электронную торговую площадку. Туркменистан также относит технологическое развитие и внедрение ИИ к перспективным направлениям взаимодействия.

Предложение Президента Узбекистана о создании Общей вычислительной инфраструктуры на базе взаимосвязанных национальных дата-центров дополняет эти инициативы технологической основой. Она способна связать развитие цифровых коммуникаций с вычислительными мощностями, научным сотрудничеством, подготовкой кадров и прикладными решениями. Тем самым сотрудничество в сфере ИИ получает необходимую инфраструктурную основу для практического применения в промышленности, транспорте, энергетике, сельском хозяйстве и государственном управлении. 

С технологической трансформацией тесно связана тема критических минералов, включая редкоземельные металлы. Президент Узбекистана предложил активизировать создание Регионального альянса по критическим минералам и в качестве одного из первых практических шагов сформировать Единую цифровую карту запасов критических минералов Центральной Азии.

Эта инициатива логично продолжает линию на углубление промышленной и технологической кооперации. Более полное представление о ресурсном потенциале региона способно повысить инвестиционную прозрачность, содействовать развитию переработки и создавать предпосылки для выпуска продукции, востребованной в современной энергетике, электронике и других высокотехнологичных отраслях. Тем самым критические минералы рассматриваются не только как сырьевой ресурс, но и как основа будущих региональных цепочек с более высокой добавленной стоимостью.

Общность подходов отчетливо проявилась и в водно-климатической повестке. Казахстан акцентирует совершенствование региональных принципов водопользования. Кыргызстан уделяет особое внимание сохранению ледников и горных экосистем. Таджикистан связывает состояние ледников и маловодье с продовольственной безопасностью. Туркменистан последовательно поднимает вопросы рационального использования вод Амударьи и Сырдарьи и Аральскую проблематику.

Эти направления созвучны многолетней линии Узбекистана на укрепление регионального взаимодействия в водной и климатической сферах. В Авазе узбекская сторона сделала акцент на практических инструментах: цифровом мониторинге водных ресурсов, модернизации ирригационных сетей, внедрении водосберегающих технологий, реализации Десятилетия практических действий по рациональному использованию воды, повышении эффективности МФСА в период предстоящего председательства нашей страны и постоянном предметном диалоге с Афганистаном.

В совокупности это формирует более комплексную модель, в которой общие принципы водопользования подкрепляются объективными данными, мониторингом ледников, технологическими решениями и устойчивыми механизмами сотрудничества. 

Та же последовательность проявляется в экологической сфере. Инициированный Узбекистаном консорциум «Чистый воздух Центральной Азии» получил в Авазе конкретное проектное наполнение. Президент предложил начать его деятельность с пилотной программы экологической модернизации промышленных зон, агрокластеров и транспортных узлов. Тем самым общая экологическая повестка получает практический механизм, позволяющий апробировать решения и впоследствии масштабировать их на региональном уровне.

Важное место в этой системе занимает человеческий капитал. Президент Шавкат Мирзиёев предложил разработать Региональный атлас востребованных профессий и компетенций, который объединял бы прогнозы стран по дефицитным специальностям и профессиям будущего.

Эта инициатива непосредственно дополняет промышленную, инфраструктурную и цифровую повестку. По мере расширения совместных проектов будет возрастать потребность в инженерах, специалистах в энергетике и логистике, программистах, экспертах по искусственному интеллекту и других квалифицированных кадрах. Региональный атлас способен связать развитие образования с реальными потребностями формирующейся экономики и обеспечить кадровую основу будущих межгосударственных проектов.

Таким образом, Аваза показала постепенное формирование взаимосвязанной региональной повестки. Торговля все теснее увязывается с производством, транспорт с развитием территорий, энергетика с новыми коридорами и технологиями хранения, цифровизация с искусственным интеллектом и вычислительной инфраструктурой, ресурсный потенциал с переработкой, а экономическое развитие с подготовкой человеческого капитала. Предложения Узбекистана органично дополняют эту логику, развивая инициативы партнеров и придавая отдельным направлениям дополнительное практическое и институциональное содержание. 

Но еще важнее общий политико-экономический вывод. Страны Центральной Азии все увереннее самостоятельно определяют приоритеты развития, формируют механизмы их реализации и выстраивают взаимодействие с внешними партнерами. Это становится одним из наиболее заметных проявлений растущей субъектности региона.

Одновременно меняется и геоэкономическая функция региона. Общий акцент на промышленной кооперации, инвестициях, критических минералах, технологиях и человеческом капитале свидетельствует о готовности последовательно формировать интегрированное в мирохозяйственные связи пространство создания добавленной стоимости. Тем самым транзитная связанность все теснее дополняется производственной и технологической кооперацией.

Принципиально важно, что этот процесс носит открытый характер. Укрепление связей внутри региона расширяет возможности сотрудничества с Европой, Китаем, Россией, Южной Азией, Ближним Востоком и другими партнерами. Это укрепляет роль Центральной Азии как связующего звена между различными геоэкономическими пространствами и важного элемента формирующейся архитектуры межрегиональной взаимосвязанности. Полноправное участие Азербайджана усиливает этот потенциал, расширяя транспортную, энергетическую, инвестиционную и цифровую географию сотрудничества через Каспий и Южный Кавказ.

В совокупности решения и инициативы Авазы отражают высокую готовность государств последовательно формировать пространство совместного развития, в котором национальные преимущества становятся ресурсом взаимного усиления и общего роста.

Именно поэтому на нынешнем этапе особое значение приобретает результативность регионального сотрудничества. Как подчеркнул Президент Шавкат Мирзиёев, она должна измеряться ростом совместных производств, снижением транспортных издержек, увеличением числа качественно подготовленных и профинансированных проектов, развитием энергетических и цифровых связей, повышением эффективности водопользования и, в конечном счете, расширением возможностей для людей.

Именно поэтому сформулированный главой нашего государства принцип «солидарность и доверие во имя развития и безопасности» емко отражает логику нынешнего этапа: накопленное доверие получает практическое выражение в совместном развитии и укреплении общей устойчивости. Основой этой модели остается другой принцип, сформулированный Президентом Узбекистана: «сильные, суверенные и независимые государства сотрудничают на основе взаимного уважения, доверия и прагматизма». Сочетание самостоятельности государств, общей региональной повестки и открытости внешнему миру и определяет ту архитектуру сотрудничества, которая получила в Авазе дальнейшее практическое развитие.